В тихом городке на Волге, где время будто застыло в янтарном свете, а семейные устои крепки, как морозный узор на стекле, Светлана в очередной раз ловила себя на грустных мыслях о матери. «Интересно, какой предлог она придумает для обиды на сей раз? — размышляла женщина, глядя в окно на заснеженные крыши. — Наверняка заявит, будто я разрушила её жизнь». Однако повод оказался иным, и он снова пронзил её сердце ледяной иглой.
— Опять, — устало пробормотала Светлана, повернувшись к мужу. — У нас опять размолвка. Вернее, у неё со мной. Орала, не давала рта раскрыть. Так и не поняла, в чём суть, но явно — мама не в духе.
— А чего ты ждала? День рождения на горизонте, — усмехнулся Дмитрий, её супруг. — Не забыла, что через месяц?
Светлана замерла, не улавливая смысла его слов.
В трубке раздался гневный голос матери, Валентины Семёновны, словно град сыплющий колкие слова. Каждое из них впивалось в душу, как иголка.
— Вот так благодарность за всё, что я для тебя сделала? Спасибо, родная! Я хоть думала, вы хоть после боя курантов заглянете поздравить старуху! — кричала она.
— Мам, мы же всегда навещаем тебя на следующий день, — попыталась возразить Светлана.
— В этом году можно было и исключение сделать! — отрезала Валентина Семёновна и резко положила трубку, давая понять, что обида уже пустила корни за два дня до праздника.
Светлана слушала гудки, ощущая, как в груди сжимается комок. Это был далеко не первый раз. Валентина Семёновна имела привычку затевать скандалы ровно пять раз в год, аккурат перед значимыми датами. Она дулась, исчезала, а потом появлялась, когда дарить подарки становилось уже несвоевременно.
— Мама опять надулась, — вздохнула Светлана, делясь с Дмитрием новым происшествием. — Вдруг решила, что мы обязаны примчаться к ней в новогоднюю полночь.
— Бред сивой кобылы, — поморщился Дмитрий. — Она же сама всегда радовалась, что ночью её никто не отвлекает.
— Кто её разберёт, — Светлана покачала головой. — Но у меня дурное предчувствие. Такое уже бывало…
— В каком смысле? — Дмитрий придвинул стул, внимательно глядя на жену.
— Она неизменно ругается перед праздниками, — задумчиво произнесла Светлана. — В прошлом году обиделась за пару дней до дня рождения Алёнки — не пришла, подарка не принесла. До этого был твой юбилей — та же история. Если сложить все даты за год, выходит подозрительная закономерность. Хотя, может, я ошибаюсь. Не хочется думать о маме плохо. Наверное, просто совпадения, — пыталась убедить себя женщина.
Дмитрий лишь усмехнулся. Он и сам давно подмечал, что тёща хитрит, избегая лишних трат. Её ссоры перед праздниками были уж слишком систематическими.
И точно: Валентина Семёновна объявилась, едва новогодние гулянья стихли. Будто ничего не случилось, она позвонила дочьке и сообщила, что соскучилась и хочет заглянуть. Назавтра она явилась в гости с пустыми руками. Даже внучке не привезла ни пряничка.
— Праздники кончились, подарки уже ни к чему, — отмахнулась она, будто так и должно быть.
Полтора месяца мать и дочь жили мирно. Но с приближением Восьмого марта Валентина Семёновна вновь стала похожа на ежа.
— Не знаю, стоит ли маме что-то покупать, — задумчиво произнесла Светлана.
— Не стоит, — уверенно парировал Дмитрий. — Спорим, твоя дражайшая тёща опять испарится перед праздником и объявится, когда всё закончится?
— А вдруг нет? — забеспокоилась Светлана. — Потом носиться, хватать что осталось?
Дмитрий обнял жену, успокаивающе погладив по плечу.
— Готов поставить на то, что наша семья снова останется без презентов, — произнёс он с лёгкой усмешкой.
Он оказался прав. Накануне Восьмого марта Валентина Семёновна закатила громкий скандал, обвинив Светлану в том, что та купила в магазине протухшую колбасу и ни капли не подумала о родной матери.
— Ты только о себе и помнишь! — выпалила она и бросила трубку.
Дмитрий ликовал. Теперь он знал наверняка: тёща сознательно затевает размолвки, лишь бы не тратиться на подарки.
— Через две недели твой день рождения, — хмыкнул он. — Готовься к новому спектаклю от Валентины Семёновны.
— Интересно, что она выдумает в этот раз? — тревожно спросила Светлана. — Опять скажет, будто я ей жизнь испортила?
Но причина оказалась иной. Мать вновь накричала на дочь, не дав ей и слова вставить. Светлана лишь вздохнула, рассказывая об этом мужу.
— Опять ругань. Кричала, я даже не поняла, из-за чего. Но ясно одно — мама недовольна, — пожала она плечами.
— Ну а ты чего хотела? Твой день рождения не за горами, — рассмеялся Дмитрий. — А знаешь, что через месяц?
— Что? — удивилась Светлана, не понимая.
— День рождения твоей ненаглядной мамаши! — с напускным восторгом воскликнул он. — Перед ним она точно скандалить не станет. Не хочешь её проучить?
Светлана нахмурилась, глядя на мужа с недоумением.
— Дай ей сдачи, — предложил Дмитрий. — Обидься на ровном месте, раздуй конфликт. Посмотрим, как она себя поведёт. День рождения-то её, а не наш!
Светлана долго раздумывала над его словами и решила, что он прав. За несколько дней до материнского юбилея она начала огрызаться, придираться к мелочам, разжигать ссоры. Но Валентина Семёновна, словно ничего не замечая, вела себя как ни в чём не бывало. Светлана поняла: мать не хочет упустить свой подарок — новый телефон, о котором она мечтала уже год.
— Кажется, ты меня не любишь, — наигранно обронила Светлана в трубку, готовясь разыграть обиду.
— Не выдумывай, — фыркнула Валентина Семёновна.
— Ты вечно так со мной! — воскликнула Светлана и резко положила трубку, уверенная, что мать не позвонит первой.
— Спорим, она сама прибежит— Держи три тысячи, — вздохнула Светлана, когда дверь распахнулась и на пороге возникла довольная Валентина Семёновна с коробкой конфет в руках.