Она точно что-то прячет
— Доброе утро, Валентина! Сегодня рабочий день укороченный!
Игорь протянул сотруднице ключи от кабинета, и она осторожно взяла их из его жилистых рук. Хорошо бы, как в советских мелодрамах, задержать свои тонкие пальцы в его ладони подольше. И чтобы взгляды встретились… Но Валентина одёрнула себя.
— А почему сокращённый день? — сухо спросила она, расписываясь в журнале.
— Какое-то срочное собрание. Должно было быть в Дворце профсоюзов, но там потоп. Администрация предложила провести у нас, в библиотеке. Читальный зал отлично подойдёт.
— Ясно! — кивнула Валентина и, украдкой глянув на Игоря, пошла к себе.
Уже тридцать лет каждое утро она приходила в свой тихий уголок — закрытый архив областной библиотеки. Лучшего места на свете она не знала.
— Доброе утро, Валюш! Как дела?
В кабинет вошла её верная соратница по архивному делу и лучшая подруга Галина.
— Спасибо, Галочка! И тебе доброго утра! — ответила Валентина.
— Ты в курсе, что у нас короткий день? Может, махнём куда-нибудь на стаканчик чая?
— Ой, Галенька, не могу! — вздохнула Валентина. — Надо домой, маме помочь. Представь, иду на работу, а мама в своём лучшем платье перед зеркалом серьги примеряет. Спрашиваю: «Мам, куда собралась?» А она: «В поликлинику после обеда» Дескать, к терапевту на консультацию. Ну я перепугалась! Хотела даже отпроситься. Но мама запретила, сказала — сама справится. А я волнуюсь! Она в поликлинику сто лет не ходила. Не любит врачей. Всё я ей на дом вызываю. А тут — на тебе, нарядилась и сама идёт!
— Ну и что тут такого? — пожала плечами Галина. — Пусть Нина Семёновна прогуляется, воздухом подышит.
— Ты не понимаешь, Галя! Я чувствую — что-то не так! Мама просто так бы в больницу не пошла! У неё наверняка что-то серьёзное, но она скрывает.
— Ой, Валя, ты преувеличиваешь, — успокоила подругу Галина. — Нина Семёновна — женщина прямая. Рассказала бы, если б что случилось! А ты слишком близко к сердцу принимаешь! Да отпусти ты её наконец!
Валентина аж за сердце схватилась:
— Да ты что, Галка, мама в возрасте, за ней глаз да глаз нужен. Я себе не прощу, если что случится, и меня не будет!
— Вот в этом твоя беда, Валюш! — Галина подняла указующий палец. Ты живёшь не своей жизнью, а маминой! Нина Семёновна ещё вполне здоровая женщина. А ты её своей опекой задушила! Занялась бы лучше собой!
Валентина нахмурилась:
— Я уже не в том возрасте, чтобы этим заниматься! Мне пятьдесят три!
— Ещё какой возраст! — воскликнула Галина. — Дети выросли, мама, слава Богу, на ногах. Почему бы тебе не устроить личную жизнь? Неужели не хочется мужского внимания? Я-то знаю, что хочется!
Галина подмигнула подруге.
— Брось, Галя! — махнула рукой Валентина. — Бросить мать и заняться собой? Разве это правильно?
Но подруга не сдавалась:
— Зря ты так, Валюш! Твоя мама была бы рада, если б ты обрела счастье. Ты ещё не настолько стара! Пригласила бы Игоря на кофе. Все же видят, что вы друг другу нравитесь!
От таких слов Валентина вспыхнула, как первокурсница. Неужели все знают, что она тайно вздыхает по этому статному мужчине, бывшему военному, который недавно начал работать в библиотеке?
— Ну, вот ещё! Я не собираюсь заводить служебные романы!
— А почему бы и нет? — не унималась Галина. — Вы же оба свободны. Из вас вышла бы отличная пара!
— Ты серьёзно? — спросила Валентина, и в груди у неё потеплело.
Игорь ей и правда нравился. В нём чувствовалась надёжность и спокойствие. Рядом с таким женщина всегда ощущала бы себя защищённой.
На мгновение Валентина представила, как здорово было бы снова влюбиться. Взаимно. Почувствовать себя желанной, любимой. Ей так не хватало кого-то, кому можно было бы отдать накопившуюся нежность. Ведь она и правда ещё симпатичная женщина.
Но мысль о маме, собирающейся к врачу, тут же вернула её к реальности. Как она может оставить родную мать одну? Нет, это невозможно!
Так и не согласившись пойти с подругой, Валентина поспешила домой. Сердце бешено колотилось — вдруг мама уже ушла?
…Открыв дверь, она облегчённо выдохнула — мамины туфли стояли в прихожей. Значит, дома. Из комнаты доносились голоса. Валентина сначала не обратила внимания — наверное, телевизор или телефон. Чтобы не разбудить, если мама спит, она на цыпочках прошла в комнату, тихонько открыла дверь и… вскрикнула от неожиданности!
Её поразило не то, что мать среди бела дня сидела в нарядном платье с идеальной укладкой. И даже не макияж и украшения. Шок вызвал пожилой мужчина на коленях, который в этот момент почтительно целовал мамину руку!
— Мам, что происходит? — прошептала ошарашенная Валентина.
— Валюша? А ты почему так рано? — спокойно спросила мать, будто ничего необычного не случилось.
Её кавалер продолжал стоять на коленях, не спеша отпускать руку дамы.
— Мамочка, что тут творится? — едва не плача, перевела взгляд с матери на незнакомца Валентина.
— Во-первых, поздоровайся! — строго сказала мать.
Нина Семёновна была женщиной властной и воспитывала дочь в строгости.
— Здрасьте… — еле слышно пролепетала Валентина.
— Добрый день, Валентина! — приветливо сказал незнакомец, поднимаясь.
С достоинством королевы Нина Семёновна поднялась и представила гостя:
— Валя, знакомься. Это Андрей Сергеевич. Мой старый друг. Надеюсь, не затруднит сделать чаю?
Заваривая мамин любимый травяной сбор, Валентина пыталась осознать увиденное. Она так переживала за здоровье матери! А тут оказывается…
— Дочь, мне надо тебе кое-что сказать! — без предисловий начала Нина Семёновна, когда они сели за стол.
Ароматный пар поднимался из хрустальных стаканов. Но Валентина в этот момент не замечала обычной домашней идиллии. Скоро произойдёт что-то, к чему она не готова.
— Подожди, Нинок, я сам! — АндАндрей Сергеевич нежно взял мамину руку, и Валентина вдруг поняла, что её тревоги были напрасны, а жизнь только начинается — как для неё самой, так и для её счастливой матери.