Кровь зовёт наперекор судьбе
— Татьяна, как муж, я ставлю условие. Забудем твой безумный роман с этим мальчишкой. Но умоляю: подари мне сына, — мой голос дрожал, я был жалок, как побитый пёс.
— Хорошо, Сергей, я попробую, — неуверенно ответила жена, её взгляд скользил мимо меня. Этот уговор дался ей с болью, будто ножом по душе.
Мы с Татьяной растили трёх дочерей: тринадцатилетнюю Настю, десятилетнюю Дашу и девятилетнюю Соню. Откуда взялся этот двадцатидвухлетний красавец Артём, мне не понять. Он ворвался в нашу жизнь, как буря, сметая всё на пути. Горе, а не годы, иссушает душу, заставляя волосы серебриться раньше времени.
Наши девочки были в смятении. Их мать, всегда нежная и заботливая, стала холодной тенью. Она выглядела слишком ухоженной, почти бесплотной, словно её мысли витали где-то далеко. Дом погрузился в хаос: пыль копилась в углах, гора грязной посуды росла в раковине, а я становился всё более нервным, ломая голову, как вернуть жену в семью.
Всё началось год назад. Татьяна с дочками поехала отдыхать на озеро Байкал. Вернулась оттуда замкнутой, рассеянной. Отвечала невпопад, смотрела сквозь меня, не обнимала девочек, как раньше. Я чувствовал неладное, но молчал. Признаться в её измене было бы слишком больно. Надеялся, время всё расставит по местам. И оно не пощадило…
— Папа, мама всё время гуляла с Артёмом, взявшись за руки, — как-то выпалила Даша, не понимая, какой удар наносит.
— Расскажи подробнее, доченька, — я побледнел, но старался держаться.
— Там, на берегу, с нами всегда был этот дядя. Мама смеялась над его шутками, а он провожал нас до вокзала. Красивый, стильный, моложе тебя, — её слова разорвали мне сердце.
Не может быть! Это просто мимолётный роман, курортный флирт. Неужели этот самовлюблённый мальчишка мог всерьёз увлечься тридцатипятилетней женщиной с тремя детьми? Разве мало ему молоденьких девушек, жаждущих лёгких приключений на вечерних прогулках у озера? Но я ошибался. Любовь Татьяны и Артёма оказалась сильнее уговоров, детей и моего отчаяния. Наш брак рухнул, а с ним — моё душевное спокойствие.
Татьяна всё же родила сына, Ваню. Но он не считал меня отцом. Я видел его лишь пару раз. Воспитывал мальчика Артём. Через год Татьяна забрала Ваню и ушла к своему любовнику навсегда. Я остался с тремя дочками, и мир для меня померк. Хотелось бросить всё, но в сердце, скованном льдом, теплилась любовь к детям.
— Папа, раз мама нас бросила, мы будем готовить, убирать, гладить твои рубашки, — Соня, вытирая мои слёзы платочком, пыталась утешить.
Я плакал впервые, не в силах сдержать нахлынувшие чувства. Оправившись, взял себя в руки. У меня на плечах три маленькие хозяйки. Я учил их готовить, убирать, иногда срываясь, ругая или обижая. Но дом постепенно стал чистым и тёплым. Настя полюбила стирать и мыть посуду, Даша подметала полы, Соня сражалась с пылью. Я варил супы и кашу, как умел.
Татьяна изредка навещала нас, но каждый её визит был как нож в сердце. Девочки после её ухода рыдали, скучали, и я попросил её больше не приходить.
— Сергей, я люблю дочерей. Ты хочешь, чтобы я от них отказалась ради тебя? — возмущалась она.
— Не ради меня, Таня, ради них. Если любишь, дай им покой. Пусть подрастут, сами решат, нужна ли ты, — я старался говорить твёрдо.
— Может, ты и прав. Я тоже плачу после встреч. Прощай, Сергей, — она поцеловала девочек и исчезла из нашей жизни.
Став подростками, дочери возненавидели мать и Ваню. Они завидовали брату, у которого была мама, которую можно обнять, которая отдавала ему всю свою любовь. Но годы смягчили их сердца. Когда Настя, Даша и Соня вышли замуж, их гнев угас, сменившись горькой обидой. У Насти и Даши по трое детей, у Сони — двое. Все они стараются быть идеальными матерями, будто доказывая, что не повторят ошибок Татьяны.
Я живу один. Женщины в моей жизни были, но я звал их всех Танями. Кому такое понравится? В памяти жила лишь одна, единственная. Я свыкся с одиночеством.
Татьяна, дожив до шестидесяти трёх, ушла из жизни. За неделю до этого она пришла ко мне. Слёзы катились по её щекам, она просила прощения, каялась, жаловалась на Ваню. Он потряс её, сменив пол и став Алёной. Пройдя через несколько операций, он — теперь она — говорил, что счастлив как никогда.
Перед смертью Татьяна оставила завещание, из-за которого Артём попал в больницу. Он, успешный бизнесмен, переписал на неё все активы, недвижимость, доверяя безоговорочно. Но Татьяна не упомянула его в завещании, оставив всё дочерям и Алёне. Почему? Возможно, кровь оказалась сильнее? Любовь к дочерям, спрятанная в глубине души, взяла верх.
Получив наследство, дочери хотели отдать его мне:
— Папа, возьми. Ты это заслужил.
Я отказался. Это не моё, жгло руки. Всё переписал на внуков.
Артём объявил себя банкротом, просил помощи у моих дочерей. Они ответили холодно:
— Ты украл у нас мать и детство. Иди с миром.
Алёна, бывший Ваня, вышла замуж за немца Йоханна. Они живут в Берлине, планируют усыновить ребёнка. Соня поддерживает с ней переписку, рассказывая мне новости. Настя и Даша не приняли выбор брата и не хотят о нём слышать.
Эта история произошла в маленьком городке на Урале, куда я переехал с семьёй в поисках лучшей доли…